Сделай одолжение – сдохни!
Гладко было на бумаге, но вмешалась правительственная комиссия, и объединение так и
не состоялось. Я ввел Берта в заблуждение, сказав, что никто не пострадал, кроме меня. Мой
клиент лишился своих облигаций, но я знал, что эти деньги появились у него от мошенничества
с налогами, поэтому его следовало считать почти таким же вором, как я сам.
Я обманул Берта и тогда, когда сказал, что расстался со своими амбициями. Мое
честолюбие было подобно пятнам у леопарда. Избавиться от него невозможно. Желание
заработать большие деньги жгло меня изнутри, словно пламя паяльной лампы. Оно изводило
меня, как мучительная зубная боль. За пять мрачных лет в тюрьме я многие часы провел,
размышляя и рассчитывая, как бы наложить лапу на большие деньги. Я говорил себе: на что
способен гориллообразный штабной сержант, на то способен и я. Я не солгал Берту, сказав, что
у меня огромный запас терпения. Такой запас у меня был. Я собирался рано или поздно
сделаться очень богатым. Я собирался обзавестись роскошным домом, «кадиллаком», яхтой и
прочими игрушками, которые покупаются за большие деньги. Я намеревался добиться всего
этого. Будет трудно, но я этого добьюсь. В мои тридцать восемь лет, начиная с нуля, с
судимостью за плечами, это будет очень трудно, да что там трудно, говорил я себе, просто
неосуществимо. Работая у Бартона Шармана, я пообтерся в среде финансовых магнатов, и я
знал, каковы они: сильные, упрямые, безжалостные и целеустремленные. Многие из них были
беспринципны и аморальны. Их философия была проста: слабый – прочь с дороги, сильный
срывает джэк-пот.
У меня появится шанс, если я буду терпелив; и, когда он появится, уже ничто меня не
остановит. Я буду более сильным, упрямым, безжалостным, целеустремленным,
беспринципным и аморальным, чем любой из них и все они, вместе взятые. Если мне придется
стать таким, то таким я и стану!
Миссис Хансен постучала в дверь и принесла мне завтрак. Она спросила, хорошо ли я
спал и понравятся ли мне жареные цыплята на ужин. Я ответил, что это будет прекрасно. Когда
она ушла, я приступил к завтраку: гречишные оладьи и зажаренные с ветчиной два яйца.
Я обещал себе, что, заработав свой первый миллион, пошлю миссис Хансен анонимный
чек на круглую сумму. Она просто грабила сама себя.
* * *
– Как дела, Кейт? – спросил меня Берт, когда я в обеденный перерыв заглянул в офис. –
Есть проблемы?
– Проблем нет. Эти ребятишки довольно сообразительные. Готов поспорить, что они
тайком практиковались на родительских машинах. Они не могли бы так хорошо ездить, в
первый раз сев за руль.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
153
154
|
